Цвет:
Размер шрифта:
а
а
а
Интервал:
Изображения:
Вкл
Выкл
Eng
Все разделы

Революция без белых перчаток

На панельной дискуссии по теме: «1917 год: был ли выбор?», состоявшейся в рамках публицистического проекта «Если бы не 1917-й… Если бы не 1937-й…», название которой говорит само за себя, экспертами выступили доктор исторических наук, профессор УргПУ Михаил Попов, кандидат исторических наук, декан исторического факультета УрГПУ Ирина Бахтина, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник института истории УРО РАН Михаил Вебер и советник ректората по молодежной политике УрГПУ, историк Денис Островкин.

IMG_6291.JPGIMG_6294.JPGIMG_6299.JPGIMG_6304.JPGIMG_6306.JPGIMG_6314.JPGIMG_6314.JPGIMG_6324.JPGIMG_6327.JPGIMG_6327.JPGIMG_6329.JPGIMG_6331.JPGIMG_6339.JPG

Неизменный ведущий мероприятий проекта, студент пятого курса исторического факультета УрГПУ Олег Коновалов открыл дискуссию, обозначив для обсуждения первые вопросы:

– Является ли Октябрьская революция самым значимым событием ХХ века? Было ли это событие революцией или государственным переворотом? И к чему оно привело:   направило страну по пути бесперспективной утопии или стала толчком для создания общества социального благосостояния? 

Михаил Вебер считает событие октября 1917 года крупным историческим, повлиявшим на восприятии России в мире.  

– Поскольку в России состоялся политический эксперимент, то она попала во внимание цивилизованного мира. Еще с середины XIX века левая мировая интеллигенция думала о том, как провести социальную революцию в той или иной стране. К несчастью, первой стала Россия. На мой взгляд, лучше бы она произошла в другой стране. То, что произошло в 1917-м году,  сегодня является предметом изучения историков. И памятью для каждого из нас, так как мы родом из этой страны, и наши предки были свидетелями тех событий.

Свое мнение на этот счет у Ирины Бахтиной:

– Революция дала нам позитивный толчок в развитии, но есть в революции и много негативного. Любая революция в белых перчатках не делается и, как правило,  заканчивается гражданской войной. А это миллионы смертей, разрушения. Но революции и гражданские войны – это естественный элемент исторического процесса. Были они в разные времена и в других странах. Хорошо это или плохо – не берусь судить. Так случилось. Мы с этим живем. И нам надо научиться из всех исторических событий извлекать позитивный опыт и анализировать негативный, чтобы избежать его в дальнейшем.  

Михаил Попов считает, что ему посчастливилось жить в такую эпоху, когда взгляды на именно эту революцию менялись. И он тоже в разные периоды своей жизни оценивал ее по-разному.

 – Моя карьера историка началась после ХХ съезда. Почему я стал историком? Потому что стало интересно. Открылись доступы к архивам, излагались разные точки зрения, проходили дискуссии. Конечно, все в определенных идеологических рамках. Но даже при этом  чувствовалось оживление исторической науки. Раскритиковали «Краткий курс истории ВКП (б)» (был составлен при личном участии секретаря И.Сталина и опубликован в 1938 г. – прим автора), начинается новая оценка революции. Историю КПСС, идеологическую дисциплину, самую главную, равнозначную до революции только Закону Божьему, тщательно изучали на всех факультетах. Изучали собрание сочинений Ленина. Во время горбачевской перестройки и особенно после путча ГКЧП в августе 1991 года началась критика советской  концепции. Мне приходилось во всем этом очень глубоко разбираться. А как иначе, если я сначала доказывал одно, а потом стал доказывать – другое. Считаю, что история советского периода до сих пор не написана. А все, что написано – через альтернативу.

Более прямолинейное суждение, свойственное молодому поколению, выразил Денис Островкин:

– Октябрь – это великое событие, совершенное по великой глупости.

Менять свои представления трудно. Мое поколение выросло в атмосфере демонстраций 7 ноября, посвященных очередной годовщине Октябрьской революции. Праздник считался святым. Красный день календаря. Поздравительные открытки родственники слали друг другу со всех городов и сел страны. В школах проходили пионерские линейки, мы пели революционные песни и украшали класс флажками, раскрашенными красками и карандашами, потому что цветной бумаги не было. В череде выпускных экзаменов за школьный курс мы сдавали историю КПСС, и знание этого же предмета требовалось при поступлении в любой вуз страны.

Свои убеждения менять трудно, но, если ты незашоренный, думающий человек, способный анализировать новые открывшиеся факты, то тебе это под силу.

Следующий посыл ведущего вызвал соответствующую реакцию участников   дискуссии:

– Многие исследователи считают, что по зрелости предпосылок к революции Россия превзошла другие страны.

Профессор Попов тут же не согласился:

–  Этот вопрос свидетельствует, что вы стоите на марксисткой позиции. Я категорически с этим не согласен. Была ли революция с точки зрения противоречий неизбежна? Я думаю, что Россия могла избежать революции. В стране уже сложилось правовое государство, правовая система. Можно было обойтись без социальных потрясений. К сожалению, у действующей власти не хватило духу решить эти противоречия.

 – А как же быть с цитатой Ленина, которого вы учили, что война и разруха привели к революции? – не уступает ведущий.

– Россия не проиграла войну, – парирует Михаил Валерьевич, – она была накануне победы. Ожидали весеннего наступления русской армии в 1917 году. Причина революции ни в войне, ни в тяжелом положении народа или разрухе. Все было гораздо сложнее.

Михаил Вебер не совсем согласен с предыдущим оратором и считает, что  определенные предпосылки к революции все же были. Определенные явления этого порядка, по мнению Михаила Игоревича, царь искусственно сдерживал еще в мирное время, чтобы не потерять собственную власть. Первая мировая война оказала пагубное влияние на экономику России. Миллионы вчерашних крестьян оказались на фронте, и то, что они видели и переживали, было лучшей агитацией в пользу каких-то перемен.

– Другое дело, что в Росси на тот момент не было силы, способной привести к переменам, – говорит Михаил Игоревич. – Сегодня посчитана численность всех партий, в том числе и радикальных, существующих  на тот момент, их было не очень много. Да, в октябре в Петрограде произошел переворот, но на местах просто физически не было большевиков – членов партии. Процесс формирования власти затянулся на пять-шесть месяцев. Те люди, которые под вывеской партии большевиков приходили к власти зимой 1917–1918 года, зачастую были случайными, без идейных представлений о марксизме и программе партии. Есть известная фраза Ленина, что каждая кухарка может управлять государством, оказалось, что в период 1917–1921 годов – не каждая. И впоследствии партия была вынуждена избавляться от них и набирать специалистов, классово чуждых, но способных к управлению, в том числе и на государственном уровне, – резюмировал Михаил Игоревич.   

От них, конечно, тоже впоследствии избавятся, самым беспощадным образом. Но пока еще не 1937-й, пока мы на пороге октябрьского переворота. Ирина Леонидовна согласилась с тем, что Первая мировая война стала одной из причин революции. И дополнила тезис тем, что попытки провести подобные революции предпринимались и в ряде стран Европы.

– Каким образом это еще надо рассматривать и изучать, – добавила Ирина Леонидовна и выразила свое понимание фразы Ленина о кухарке. – Мне кажется, что мы однозначно ее понимаем. Я думаю, что Ленин имел в виду участие народа в выборах, в том числе кухарки и кухаркиных детей. 

И тут поднял руку из зала учитель истории школы № 50 из Нижнего Тагила, Роман Домбровский, уже во второй раз участвующий в мероприятиях проекта. Он заметил, что фраза вырвана из контекста «Каждая кухарка может управлять государством, потому что знает цены на хлеб». Ого, это замечание кое-что меняет и с кухаркой, и с Лениным, и с кухаркиными детьми. Не меняет только того, что в 1917 году переворот устроили те, кто меньше всего умел управлять государством. 

Свою позицию о причинах революции выразил Денис Островкин, он обратил внимание на то, что Временное правительство действовало в отрыве от народа. Разделяя два понятия «общество» и «народ», оно действовало только в интересах общества, тогда, как Ленин как раз сыграл на интересах народа, а не в целом народа и общества. Интересами буржуазии он пренебрег.

– Отрыв Временного правительства от тех политических сил, которые стояли во главе революции, непонимание того, к чему необходимо в дальнейшем идти, сыграло на руку Ленину и большевикам, – подчеркнул Денис Леонидович. 

Однако Михаил Игоревич встал на защиту Временного правительства.

– Я заострю внимание публики, что Правительство было временное. Оно за власть не цеплялось. Были намечены выборы в учредительное собрание. Впервые в истории России летом 1917 года во всех городах России прошли выборы в органы местного самоуправления – городские думы, уездные земства. Какой Росси быть в дальнейшем, должно было определить учредительное собрание. Никакой необходимости свергать это правительство не было. Оно готово было передать власть тем, кого бы выбрало население страны. И понятно, почему произошел октябрьский переворот. Партия большевиков была крайне левой, желающей провести в стране радикальные социальные преобразования, с чем были не согласны большинство остальных партий. И чтобы реализовать свою программу, большевикам пришлось ввести режим военной диктатуры, что в свою очередь стимулировало гражданскую войну.

Таким образом, в ходе дискуссии были обнародованы некоторые «скелеты из шкафа» Октябрьской революции. Однозначно констатировали, что социалистическая революция могла произойти только в индустриально развитой стране, но никак не в аграрной России, где она произошла. Неоднократно цитировали Ленина, который, понимая невозможность мировой социалистической революции, даже не мечтал дожить до нее, но единственный понял суть момента и оказался в нужном месте в нужное время.             Сошлись во мнении, чтобы понять ленинский феномен необходимо читать его работы. И, по мнению Михаила Валерьевича, самую загадочную из них – «Апрельские тезисы». Я тоже помню, что мы в университете на всех дисциплинах обращались к этой работе, но суть ее в моей памяти так и не осталась. Видимо, правда, загадочная. 

Сошлись в общем: что революция 1917 года – одно из самых значимых и трагических событий в истории нашей страны, а великими событиями посчитали победу в Великой Отечественной войне и первый полет человека в космос.

Очень ценными были параллели с сегодняшним днем. Наверное, самыми ценными!

Приятно, что вместе с нами были вновь старшеклассники школы № 50 из Нижнего Тагила вместе со своим замечательным и инициативным учителем истории Вероникой Никитичной Турчаниновой. Она поделилась своим мнением:

– Мы приезжаем уже на второе мероприятие этого проекта. Для меня показатель качественного мероприятия, когда ученики выходят и спрашивают: «А когда мы в следующий раз сюда приедем?» Мероприятия проекта они обсуждают. Значит, мы затронули какие-то стороны их души. Это – здорово, очень правильно. Руководство школы нас горячо в этом плане поддерживает. И не только потому что это необходимо для исторических знаний учеников, более это важно в плане формирования их  нравственной концепции, особенно на фоне тех событий, которые происходят в стране, например, обсуждения установки памятника Сталину. Школа нас поддержала в отношении того, чтобы вернуть ребят в русло гуманистической истории. Нельзя оправдывать жертвы никакими псевдо-экономическими успехами, которых не было. Сегодня узнали исторические вехи 1917 года. И это тоже правильно.

Я не питаю иллюзий, что ребята все, что сейчас здесь услышали, навсегда запомнят. Но что-то обязательно зафиксируют. Я как учитель работаю по такому принципу – многократно говорю о том, что важно, рассматриваю с разных точек зрения, и тогда формируется настоящее знание. Проект – очень полезный, очень интересный.

Следующие наши мероприятия будут проходить уже осенью. А пока школьники и студенты пишут эссе по темам проекта, а педагоги их наставляют.

Текст: Наталья Паэгле

Фото: Александра Карпушева