Цвет:
Размер шрифта:
а
а
а
Интервал:
Изображения:
Вкл
Выкл
Все разделы

Фамилия как город

Солвейга Смилтене,магистр юридических наук,

полковник-лейтенант внутренней cлужбы Латвийской Республики в отставке

    

Иногда по делам заходишь в какое-то учреждение и слышишь: «Назовите фамилию!» И я отвечаю: «Моя  фамилия Смилтене». И добавляю: «Как город!»

Да, в Латвии есть такой город Смилтене (Smilten, Smiltene) – недалеко от Эстонии и рукой подать до окрестностей города Руиена (Rujen, Rūjiena), откуда пошел род моего отца.

Мне посчастливилось родиться в семье, где под одной крышей одновременно жили четыре поколения, поэтому историю своей страны я изучала не из правильных и откорректированных учебников, а из рассказов своих близких.

Отличными рассказчицами были моя бабушка Ольга – мамина мама, и сестра отца – Зелма. Мы жили в центре Риги, большой дом состоял из двух строений – 5-этажного, старого дома, постройки 1911 года, и 3-этажного дома во дворе, в котором жили мы. У нас был закрытый двор с липой в центре двора, дровяными сарайчиками, библиотекой в большом доме и столярной мастерской в нашем.

Моя мама была занята на двух работах и по дому, рано научила меня читать, за мной присматривала прабабушка. Поэтому двор, собака, кошка, бедная клумба с редкими цветочками после нашей игры в мяч и книги – это был мой мир с раннего детства. И дети нашего двора. Их отцы были офицерами армии и КГБ и в наш дом были заселены после войны. Им были представлены отдельные 5-6-комнатные квартиры со всем имуществом за смешные копейки. А предыдущие жильцы-немцы уехали в 1939, а в 1941 и 1949 были отправлены в Сибирь латыши. Оставшихся старых жильцов уплотнили в коммуналки...

Anna Tauri____ iesv__te foto.JPG

На фото: Анна (1880-1965) в свои 18

Прабабушка Анна тихим голосом пела народные песни, и я уже в 5-6 лет записывала их в синюю тетрадь. Песни были грустными и чаще всего о юноше, который ушел на войну и не вернулся. Так я узнала про судьбу прадеда, который погиб летом 1917 года, будучи латышским стрелком. И о брате и сестре Анны, которые во время Первой мировой войны стали беженцами. И о том, что зимой 1917-го Анна с мужем во время его увольнительной на неделю поехали в Москву, их искать, но увы – в городе началась Февральская революция и хаос. Последним поездом семья вернулась на родину, оставив в бабушкиной памяти болезненное впечатление о прижатом пальчике в дверях поезда... Анна повторно замуж так и не вышла, отказав даже самым настойчивым женихам.

Kundmanis Ansis un str__lnieki 1917 vasara.jpg

На фото: Лето 1917. Стрелки за пару дней до гибели...Письмо получено уже после смерти этих парней.

А на лето меня отправляли в село к папиным родным, недалеко от маленького и приветливого города Руиена. Зимой мы с мамой выстаивали длинные очереди за каждой пачкой сахара, чтобы затем в Руиену привезти несколько килограммов накопленного, и женщины занимались приготовлением соков и варений.

Дед держал пчел. Мы, дети, бегали босыми ножками, удаляли пчелиные колючки из стоп. Дом был весь в цветах. Через дорогу стояла церковь – тоже в цветах. С тех пор моими любимыми цветами стали пионы и разноцветные люпины. Они растут и сейчас в моем саду.

Самым большим событием 1958 года стала золотая свадьба папиных родителей. Сприцис Смилтенс (1883-1961) и Мария, урожденная Янсонс, (1888-1977) венчались в 1908 году.

Smiltens zelta k__zas.jpg

На фото: Золотая свадьба Смилтенс (1958) год. В первом ряду вторая с лева в курточке -это я. В белом платочке бабушка, a с бородой-дед. Справо от него мой папа Феликс и мама Расма.

 Сохранилась фотография этой свадьбы, где в первом ряду – вторая слева в курточке – сижу я. В белом платочке бабушка, a с бородой – дед. Справа от него мой папа Феликс и мама Расма.

Вот на этой свадьбе я впервые поняла, что наша семья намного больше, чем я знала в повседневной жизни. В начале 90-х годов – после восстановления независимости Латвии – стали доступны архивные фонды. Домашние фотоальбомы и документы, а также рассказы бабушки и тети стали основой моих поисков семейных достояний. В кропотливых поисках в архиве и интернете, на кладбищах и в старых телефонных книгах, в переписке с друзьями-единомышленниками за 25 с лишним лет мне удалось найти сведения с 1760 года о примерно 2000 родных лицах, то есть о восьми – девяти, а то и десяти поколений.

marija 85.JPG

На фото: А вот я с бабушкой на ее большом юбилее-85!

Жизнь моих предков не была медовым хлебом. Тяжелый труд – основа последующего благополучия. Так, в церковных анналах 1860 года я нахожу своего прадеда Адама Смилтена, 1837 года рождения. Его родители – Екаб (1801–1860) и Мариета (1800 – 1865). В одном хуторе жили еще шесть семьей Смилтенс.  

В августе этого года представители нашей родни встретились на том же месте – хуторе Кална Залтес Ерской волости и сфотографировались под 200-летней липой. Старое дерево пережило сильные бури и грозы, но выжило и продолжает цвести и заманивать пчел для сборки меда. И это очень символично.

По законам прежних времен дом и землю наследовал старший сын, остальные должны были податься в мир. Кто куда – овладевать ремеслом или профессией, идти служить другим землевладельцам, копить капитал и выкупить свой дом или хозяйство. Если оглядеться во времени, то все нашли свое место в жизни, несмотря на то, куда их занесла судьба. Начиная с Руиены до России и Китая, Германии, Канады и Америки – среди них известные врачи Эдуард и Ивар Смилтенс, архитектор Зайга Гайле (урожденная Смилтенс); режиссер Индулис Смилтенс, голивудский художник Карлис Смилтенс, инженер NASA Юрис Смилтенс, мастер греко-римской борьбы Ансис Смилтенс; капитаны дальнего плавания Змиль и Эдуард Смилтенс, Эрнест Зиемелис; художник-витражист Валдис Смилтенс (его работы в Петербургском метро); директор Витебской гимназии Константин Смилтенс; мастер кожевенных дел и владелец фабрики Янис Смилтенс. И другие – солдат, инженер, учитель, земледелец, рабочий или просто хорошая мама. Они написали историю нашего рода и своего государство. И эта история могла стать богаче, разнообразней и престижней, если бы не...

Если бы не было 1914, 1917, 1937, 1940, 1941, 1949 годов. И даже позже, после смерти Сталина, когда вновь были проведены репрессии против честных людей с твердым характером. «Каждый год из этих лет забрал людей из моего племени», – сказал бы Чингачгук. И сколько еще людей в страхе от сталинских палачей сбежали на Запад – это живые потери для маленького народа – латышей – неисправимы...

Конечно, много жизней разных поколений моих предков унесли войны и болезни. Несколько детей остались сиротами сразу после рождения, высока была смертность рожениц. В 1917-1919 годах прошла эпидемия холеры, а в середине XIX века не было страшнее болезней, чем чума. В нашей семье всего за пару недель женщина похоронила мужа и троих детей, оставшись с двумя детьми на руках.

После больших потерь панацеей казался призыв податься в Россию. Мною упомянутый прапрадед Екаб имел младшего брата Тениса (1807-1845). Его внук Карлис с женой Карлиной в 1895 году поехал на восток. Вместе следовали и дети: Карл (1891), Эмма Мария (1893), Янис (1895), Петр (1898). Уже на новом месте родился Константин (1908) и Лидия (1912). Удивительным образом мне удалось найти в России носителей нашего генофонда. Почти все они прошли череду репрессий. Посчастливилось найти прошение от 1911 года Яна Смильтена (1886 г.р), который подался до Харбина в Манчжурии, подтверждающее, что по-русски фамилию начали писать с мягким знаком.

Смильтен Ян Карлович (24.10.1895). Псковская обл.; крестьянин. Проживал: Ярославская обл., Борисоглебский р-н, хут. Трудовик. Арестован 11 апреля 1931 г. Приговорен: тройка ОГПУ 3 июля 1931 г., обв.: 58-10, 58-11. Приговор: 3 г. л/с. Реабилитирован 27 апреля 1989 г. Указ от 16.01.1989. Источник: Книга памяти Ярославской обл.

И какова же его дальнейшая судьба?

И вот который раз мои поиски в уаndex.ru увенчались успехом. Вдруг выбросило интервью с московским журналистом Маратом Кашином: «Я в детстве очень часто бывал в Латвии. У меня дедушка – латыш – Ян Карлович Смильтен был репрессирован».  Через VK я нашла Марата и получила первое письмо: «Солвейга, здравствуйте. Да, Ян Карлович – мой дед. После трех лет заключения, в 1934 году, он вернулся и женился на подруге своей юности Елене Николаевне Соловьевой (14.02. 1903 г.р.).  У них родились две дочери – Людмила Смильтен (18.09.1938) и Вера (27.051945)». Дальше поиск шел как по ниточке, приводя к веточкам нашего родословного дерева.

Внучка брата Яна Карловича, Карла – Елена Быкова, по профессии геолог из Санкт-Петербурга, уже на пенсии, рассказала вот что: «Мои бабушка Петрова Мария Андреевна и дедушка Смильтен Карл Карлович познакомились в 1920 году в Петрограде на Витебском (Царскосельском) вокзале. Дедушка к этому времени окончил Петроградское училище и работал телеграфистом на железной дороге в Волховстрое, бабушка имела прекрасное гуманитарное образование и работала машинисткой в банке. Дедушка жил в Волховстрое, а бабушка вместе со своей мамой – в районе Летнего сада. После свадьбы все переехали в Волховстрой. В 1924 году родилась дочь Лилия–Вероника, в 1925 году сын Владимир. Оба, в особенности Владимир, хорошо рисовали, Владимир прекрасно играл на мандолине и рояле, Лилия – неплохо на рояле.

Карл Смильтен был арестован 23 июля 1937 г. Приговорен комиссией НКВД и прокуратуры СССР 14 декабря 1937 г., обвинен: 58-7-8-9-10-11 УК РСФСР. Расстрелян 20 декабря 1937 г. В 1941 году при подходе фашистов к Волховстрою, Мария Андреевна со своей мамой и детьми эвакуировались в город Сява Нижегородской губернии. В Сяве бабушка работала машинисткой в банке, Лилия работала в госпитале санитаркой, Владимир учился в школе, и по достижению 18 лет собирался идти в армию, но зимой 1942 года во время учений, организованных военкоматом, погиб в автомобильной аварии под колесами автомобиля. Лилия окончила Ленинградский государственный университет по специальности «астрономия», была руководителем геологических экспедиций.

До середины 1960-х годов общались с Петром Карловичем (братом Карла Карловича) и его женой Александрой. Они жили в Ленинграде, сначала в Свечном переулке, затем переехали на Охту. Петр Карлович работал в одном из Ленинградских оркестров, играл на баяне. Они были прекрасными, радушными людьми».

Следующий представитель этой семьи Смильтен Лидия Карловна, родилась в 1912 г., х. Трудовик, Тарасовского с/с, Борисоглебского р-на, Ярославской обл.; латышка; образование н/высшее; учитель (студентка) Витебского пединститута. Проживала: Витебская обл., Витебский р-н, Витебск, Толстого 10, кв.6. Арестована 11 января 1938 г. Приговорена: ОСО 20 марта 1938 г., обв.: 64, 72, 76 УК БССР – член к/р организации. Приговор: 10 лет ИТЛ, отбыв.: с.Долинка Карагандинской обл., освоб. 1949 Реабилитирована 28 августа 1956 г. Военный трибунал БВО.

Ее детей мне помогли найти друзья, нашедшие ее могилу в ...Латвии. Дальше уже справки за справкой, телефонные звонки по всей Латвии и успех!

Еще один представитель этой семьи, сведения о котором я смогла найти и в открытых источниках базы данных «Жертвы политического террора в СССР» Белорусского «Мемориала». 

Справка: Смильтен Константин Карлович (1908 г.р.),

Место рождения х. Дрожалово, Большесельского района, Ярославской области.

Образование: высшее

Профессия, место работы: директор, 30 латышская школа.

Место проживания: Витебск.

Дата ареста: 4 декабря 1937 года.

Обвинение: 64, 68, 70, 76 УК БССР – член к/р организации

Осуждение: 21 января 1938 г.

Осудивший орган: Комиссия НКВД СССР и Прокурора СССР

Дата расстрела: 19 февраля 1938 г.

Место гибели: Минск

Реабилитация: 14 ноября 1957 г.

Реабилитирующий орган: Военный трибунал БВО

Архивное дело: УКГБ по Витебской обл. – 6954-П 

И тут помог белорусский журналист Леанид Мараков со своей книгой «Рэпрэсаваныя лiтаратары, навукоўцы, работнiкi асветы, грамадскiя i культурныя дзеячы Беларусi». «Я узнала, что у них осталась годовалая дочка. От родных Лидии уточнила возможную (контакты были потеряны) ее фамилию по замужеству: Мурниекс. И нашла врача Айну Мурниекс, урожденную Смилтенс! И свела вместе с другой Айной Смилтенс – тоже врачом, живущей на той же улице в Риге!

Дальнейшая история моих предков доказывает, что репрессии были не единичным, а массовым явлением, ведь только в одном роду было уничтожено столько ни в чем не повинных людей.

Из другой ветки нашего рода.

Смильтен Густав Янович (27.05.1888), уроженец имения Виркен Вольмарского у. Лифляндской губ, латыш, беспартийный, охранник Коммунального банка, проживал:  г. Ленинград, Демидов пер., д. 3, кв. 28. Арестован 4 июня 1938 г. Особой тройкой УНКВД ЛО 7 октября 1938 г. приговорен по ст. 58-6 УК РСФСР к высшей мере наказания. Расстрелян в г. Ленинград 10 октября 1938 г.

Сохранилось фото Густава, гражданина CCCР, из прошения 1927 года посетить Латвию и погостить у брата.

            Сведения о его сестре, Берте Ивановне Смильтен – 19.03.189 г.р., уроженке имения Виркен (г. Руен) Вольмарского у., Лифляндской губ., латышке, беспартийной, кустаре-трикотажнице, вязальщице в различных мастерских, проживающей в Ленинграде, Загородный пр., д.64, кв.1, мне удалось найти в базе данных Книг памяти, в 12 томе «Ленинградского мартиролога». Арестовывалась, сидела вместе с женой Екаба Алксниса, советского военаначальника, беззаветно преданного идеям большевизма, участвующего в проведении репрессий в РККА в 1937 году, и подвергшемуся аресту, а впоследствии и расстрелу в 1938-м. Первый раз Берта Ивановна арестовывалась в 1932 г. Вновь – 11 декабря 1937 г. Отказалась от подписи в постановлении об избрании меры пресечения. Особой тройкой УНКВД ЛО 19 октября 1938г. приговорена по ст.ст. 58-6-10-11 УК РСФСР к расстрелу. Приговор не исполнен. При возобновлении следствия 7 декабря 1938 г. вырвала из дела и порвала подложный протокол допроса от 22 декабря 1937 г. Военным трибуналом ЛВО 14 марта 1939 г. осуждена по ст.ст. 58-6, 58-10ч.1 УК РСФСР на 10 лет ИТЛ. Военной коллегией Верховного суда СССР 23 сентября 1939 г. приговор изменен на 5 лет ИТЛ по ст. 58-10ч.1. Отбывала срок в Вятлаге. Освобождена 22 февраля 1943 г. Вернулась в 1950 г. на родину в г. Руен. Добилась реабилитации в 1958г.

(Ее брат Густав Янович Смильтен расстрелян 10 октября 1938 г.; племянник – сын сестры Кристины, старший лейтенант Красной армии Александр Феоктистович Резников, расстрелян 22 января 1938 г.)

Тут уместно рассказать романтическую сцену. Во время переезда по России на группу людей, в которой была и старшая сестра Берты и Густава Кристина (8.07.1886), напали разбойники. Этот случай увидел молодой Феоктист Резников и отбил группу у разбойников. Призом для спасителя стала любовь с первого взгляда.

Увы, сын Кристины и Феоктиста – Александр – стал жертвой репрессий.

Справка: Резников Александр Феоктистович (1905 г., д. Внезапная, Кореневского р-на, Курской обл.), русский; член ВКП(б) в 1927-1937 гг.; командир батареи 19-й механизированной бригады. Проживал: г. Пушкин, Лен. обл.. Арестован 9 июля 1937 г. Приговорен: Комиссией НКВД и Прокуратуры СССР 17 января 1938 г., обв.: ст. 58-6 УК РСФСР. Приговор: ВМН Расстрелян 22 января 1938 г. Место захоронения – г. Ленинград. 

Судьба его семьи достойна дальнейших поисков.

Русская земля стала могилой еще десятку членов семьи Смилтенс – зажиточных крестьян, моряков, офицеров латвийской армии, которых сослали в Сибирь в 1941 и 1949 годах, уничтожив их родные дома, разрушив семьи, лишив возможностей продолжить образование, службу родине, а в конечном счете – род.

Капитан Эдуард Смилтенс, кавалер высших государственных орденов Латвии; капитан дальнего плавания Эмиль Смилтенс, тонул в 1940 вместе с торпедированным кораблем, остался жив, чтобы сгнить от тифа осенью 1942 на Балхаше; Фридрих Смилтенс – ссыльный, место ссылки – Карангада.   

Ансис Смилтенс (2-ой справа на фото 1937 года с командой армейского клуба ASK греко-римской борьбы, в тот год он стал вице-чемпионом Латвии) расстрелян в Центральной тюрьме г. Риги в 1946. Там же погиб его брат Янис.

В начале своего рассказа я упомянула поиски прабабушкой Анной ее сестры в Москве в 1917 году. После сестра Юлия нашлась уже в г. Батуми, будучи замужем за немецким бизнесменом. Правда, тогда такого слова не знали. В 1924 году у них родился мальчик. Но вскоре закончилась политика НЭПА, и мужа Юлии – Ю. Битнера, арестовали. Попытки вернуться в Латвию преградила оккупация свободной страны в 1940 и война в 1941-ом.

Мои обращения в Батуми остались без ответов, и только в этом году появилась надежда на источник информации – Gedenkbuch: книга памяти немцев-трудармейцев Бакаллага, 1941-1946. Это труд отважных людей – исследователей истории и правды – низкий поклон им. 

Битнер Юрий Юрьевич, год рождения 1924, место рождения: г. Батуми Аджарской АССР, национальность: немец, подданство: СССР, социальное происхождение: рабочий, образование: 7 кл., партийность: ВЛКСМ. Сведения о репрессиях: вид репрессии: мобилизован, место жительства: Южно-Казахстанская обл., Пахта-Аральский, Прогресс, профессия: тракторист, слесарь, дата мобилизации: 17.02.1942, дата прекращения: 05.10.1946, кем мобилизован: Пахта-Аральский РВК, причина: Стр-во 859 

Хочу высказать благодарность и обществу «Мемориал», которое помогает нам найти родных – мучеников тоталитарного режима, сохранить память о них и сделать выводы о будущем.

Узнав правду о своих родных, я осознаю: если они это выдержали и ушли из жизни достойно, то я тоже смогу преодолеть свои трудности. Мои предки делают меня более сильной и стойкой.

Моя задача – спасти историю своего рода, чтобы мы не забыли, что с нами случилось, и через что мы прошли. Когда через десяток лет у наших внучек попросят назвать фамилию, они с гордостью смогут ответить: «Смилтене!» И добавить: «Пишется как город».