Цвет:
Размер шрифта:
а
а
а
Интервал:
Изображения:
Вкл
Выкл
Все разделы

Портрет молодого педагога

Учитель музыки

14.05 380
Поделиться
Рассказать

Заканчивается учебный год 2017/2018. Для кого-то из наших выпускников он был первым в их трудовой жизни. Как он прошел? Чем запомнился? Не разочаровались ли они в своей профессии? Чтобы ответить на эти вопросы, мы приехали к выпускнику Института музыкального и художественного образования Егору Худякову, первый год преподающему музыку в екатеринбургской школе № 43.

На что похожа лютня?

Мы пришли в школу перед уроком пения в первом классе. Егор Юрьевич пригласил нас в свой просторный, недавно отремонтированный кабинет, по-мужски аскетичный, с черным подиумом для хорового пения.

Image00002.jpg— А мы в газету попадем? А в телевизор попадем? — сразу же окружили нас первоклашки. 

Урок начался с изучения старинных инструментов — лютни и клавесина.

— Лютня похожа на балалайку!

— И на банджо, — кто-то вспомнил ранее изученное.

— А почему у нее палка загнута?

— Не палка, а гриф, — поправляет любопытных Егор Юрьевич. — Давайте подумаем, почему он загнут?

— Удобнее держать! — догадываются дети. 

Затем Егор Юрьевич, как фокусник, снимает стенку пианино, чтобы показать, как в этом инструменте извлекаются звуки. Все дети, не сговариваясь, бросаются к инструменту, чтобы увидеть работу молоточков.Image00004.jpg

— Можно, я сыграю мелодию? — проявляет инициативу Алиса.

— Конечно! 

Алиса играет, а дети слушают, словно в первый раз, как звучит пианино. Сравнивают его звучание со звуками клавесина, считают ножки у рояля и клавесина (кстати, их восемь!) и сокрушаются, что первые клавесины до наших дней не дожили.

Урок завершился хоровым пением: «У жирафа пятна-пятнышки везде..»

Сложным оказалось построить детей, чтобы увести их с урока.

— Если не будете строиться, проведем еще один урок музыки, — пригрозил Егор Юрьевич и услышал в ответ дружное: «Ура!»

Если что-то делать, то делать хорошо

После урока у Егора «окно», и мы можем спокойно побеседовать в опустевшем классе.

— Егор Юрьевич, вспомните, как прошли Ваши первые уроки.

Image00008.jpg— Если честно, я был разочарован, потому что на практике я был в гимназии «Арт-этюд». Ожидая такой же заинтересованности детей, к первому уроку я готовился очень усердно, планировал разобрать каждый музыкальный термин. Дети 43-ей школы были ошеломлены. Они не представляли, что музыка может быть таким сложным предметом. Потом я немного сбавил темп, подстроился под них, и они подхватили мою харизму. Я привык вести уроки, постоянно придумывая что-то новое. Например, мы создаем интерпретацию звука дождя. Ставим сценки, где создаем движение, связанное с музыкой. Этого нет в программе, это мои находки. Детям очень нравится, и они начинают с нетерпением ждать, что интересного будет на следующем уроке. Надо постоянно привлекать их внимание.

— Из вуза Вы пришли полностью готовыми к работе в школе?

— Сначала я думал, что полностью готов. Но когда я поработал первые пару месяцев, я понял, что мне не хватает моральной подготовки. Началась четкая градация: личная жизнь — работа. Дети очень активно начали интересоваться моей личной жизнью, искать сведения обо мне в Интернете. Начали добавляться ко мне в друзья в соцсетях. Я к этому был абсолютно не готов. Пришлось срочно закрывать все свои аккаунты и группы, чтобы не было никаких попыток проникнуть в мою личную жизнь.

Не был готов я и к тому, что авторитет, репутацию надо зарабатывать, чтобы дети начали относиться ко мне не просто как к парню, а как к учителю. Это заняло много времени. Я работаю с 1 по 8 класс. С малышами все получилось быстро. А вот со старшеклассниками пришлось потрудиться, чтобы завоевать их авторитет.

— Что Вы для этого делали?

— Пару раз спел. Я академический певец, и услышав мой голос, они посмотрели на меня с другой стороны. Рассказывая про какую-нибудь оперу, я могу привести им примеры из жизни, потому что я работал в Театре музыкальной комедии, и у меня есть в запасе истории о том, как идет выступление, что происходит за кулисами.

— Как же Вы из театра перешли в школу?

— Когда я был на практике в гимназии, мне очень понравилось, что можно поделиться своими знаниями с детьми. И когда видишь их горящие глаза, это очень «цепляет». Мне есть что им дать. А в ответ я получаю позитивные эмоции и даже восторг.

Image00001.jpg— Вы не скучаете по сцене?

— Я выступаю в свободное от школы время. Я участвую в творческом коллективе ONEPUTIN SHOW, названном так по фамилии режиссера — Распутин. Я работаю в коллективе третий год. Мы играем театрально-танцевальные постановки.

— Сейчас уже привыкли к школе?

— Были переломные моменты, когда было очень тяжело в эмоциональном плане. Я работаю на две ставки — учителя музыки и преподавателя дополнительного образования «Эстрадный вокал». У меня 46 часов в неделю.

— В первый год работы такая сумасшедшая нагрузка!

— Было время, 54 часа работал, заменял учителя ИЗО.

— Вы поете, танцуете, а еще и рисуете?

— Я в детстве рисовал. База есть. Вел рисование у 5-6 классов. Веду вокальную студию, занимаюсь с четырьмя ансамблями. Сейчас пока идет постановка голоса у детей, потом уже будет развитие — придумаем каждому коллективу название, подберем репертуар. И преподаю игру на флейте.

— Вы еще и на флейте играете? Школа, наверное, счастлива получить такого специалиста.

— У каждого человека есть много путей развития, как каждая тема предполагает варианты раскрытия. Я столкнулся с тем, что дети бывают разные, есть проблемные. Какие-то ситуации меня шокируют. Когда я не знаю, что делать, я могу обратиться буквально к любому, и мне никто не откажет. Коллектив у нас очень дружный.

— Встретили в школе Вас хорошо?

— Я устроился 26 августа, и меня попросили помочь провести линейку 1 сентября. Я подготовил с ребятами песню и танец. Это было моим первым знакомством с коллективом школы. Но многие не поняли, что я не старшеклассник, а учитель. Учитель литературы попросила меня перенести цветы в ее кабинет. Я все перенес, она подает мне шоколадку и говорит: «А ты в каком классе учишься?» Когда узнала, что я учитель, ей стало очень неловко, она долго извинялась. А сейчас мы, вспоминая тот случай, смеемся. И с тех пор Анастасию Владимировну Глушко я считаю своим наставником.

— Какие университетские знания Вам сейчас особенно пригодились?

— С теплотой вспоминаю уроки Лады Викторовны Матвеевой, на ее семинарах мы разбирали методику, технологии преподавания. Мы говорили о ситуациях, которые могут возникнуть в школе, и искали пути выхода. Я часто мысленно возвращаюсь к этим урокам Лады Викторовны. И практика в школе дает, конечно, — бесценный опыт. Потому что преподаватель со стажем анализирует твой урок, подсказывает, что нужно изменить, что исправить.

— Извините за вопрос, но как обстоят дела в материальном плане? Многие молодые учителя жалуются на маленькую зарплату.

— Маленькая зарплата получается, если не работать. Если работаешь больше, чем нужно, стараешься везде участвовать, готовить детей к олимпиадам, конкурсам, то получаешь премию за активную работу. Недавно мы провели вокальный конкурс по мотивам телешоу «Голос». У нас было четыре члена жюри, правда, кресла мы не крутили. Устроили кастинг, отобрали лучших. Конкурс длился три месяца. Наставники работали с вокалистами. В итоге победила девочка, у которой я был наставником. Но это было предсказуемо. Итоговую песню мы должны были петь вместе. А я заболел, очень сильно кашлял. Но песню спел, как мог. В целом, если работать в школе, то деньги будут. В следующем году планирую пройти аттестацию.

— Вы планируете и дальше работать в школе?

Image00003.jpg— При устройстве в школу меня спросили, что заставит меня уволиться, и я ответил, что могут быть две причины: или ухудшение здоровья, или необходимость переезда по семейным обстоятельствам. Пока все в порядке, поэтому буду работать и дальше. При большой нагрузке главное — вовремя отдохнуть. Когда я работал в самом начале с одним выходным (сейчас мне дали на неделе методический день), это было очень трудно. К воскресенью я был эмоционально изможден. Не было ни сил, ни желания что-то делать. Сейчас, когда наладился взаимообмен энергией, все стало на свои места. К восьмым классам я нашел подход — их надо грузить информацией. Рассказал, дал задание, проверил, получилось или нет, если не получилось — разбираем дальше. Когда нужно постоянно думать, у них интерес фокусируется на уроке.

— Музыка в 7-8 классах — это новое веяние, дети не привыкли к этим урокам.

— Там очень сложные темы — разбор опер по либретто, по фрагментам, по персонажам. Очень трудно разбирать оперу, которую дети не слышали. А если ее смотреть, это займет 3-4 урока, которых в программе нет. Разбираем либретто, ставим сценку. Слушаем отрывки из оперы: самые известные арии, речитативы, хор. Все анализируем. Сейчас вместе с проектором появилась возможность смотреть отрывки из опер. Пока дети работают в группах, я выявляю лидера и направляю работу группы через него.

— Сейчас пошла мода на мюзиклы. 47-я гимназия, «Арт-этюд» и другие школы ставят мюзиклы с детьми и преподавателями.

— У меня принцип: если что-то делать, то делать хорошо. На сегодня мои дети к такому не готовы. Подготовлю вокалистов, там посмотрим.

— Надеюсь, у Вас все впереди.

Наставника выбрал сам

Конечно, мы не могли обойти стороной вопрос наставничества. Оказалось, что Егор — единственный в школе учитель музыки, поэтому наставника, знающего данную дисциплину, у него нет. Он сам себе выбрал наставника — Глушко Анастасию Владимировну, преподавателя литературы. Егор часто обращается к ней за советами, по ее инициативе организован в школе Клуб молодых педагогов. Учителя собираются в пятницу после уроков, обсуждают насущные темы, возникающие проблемы. Но Анастасия Владимировна не может посещать уроки Егора, потому что у нее в это время идут свои уроки. Да и методика преподавания литературы, согласитесь, значительно отличается от методики преподавания музыки.

Видимо, вопрос наставничества молодых учителей, являющихся единственными специалистами в школе по каким-либо предметам, требует отдельной проработки. Здесь необходимо налаженное сетевое взаимодействие, межшкольное сотрудничество, работа районных методических объединений.

Открытым остаются и вопросы нехватки времени у учителей-наставников на посещение уроков молодых специалистов, необходимости их дополнительной материальной поддержки. А, значит, тему наставничества надо продолжать. Будем рады, если читатели поделятся с нами своим опытом.

Текст: Т. Мостон

Фото: А. Карпушева