Цвет:
Размер шрифта:
а
а
а
Интервал:
Изображения:
Вкл
Выкл
Eng
Все разделы

Школы бывают разные

Как научить ребенка творить или волшебный город мечты

Решаем задачки на Дне Греции.JPG

Ну а пока я хожу в первый класс,
И, стоя, пою на линейке для вас
О том, что гимназию очень люблю.
Закончу ее и весь мир покорю!

Это отрывок стихотворения первоклассника Константина Артемова. Произведение висит в рамочке в кабинете директора гимназии 205 «Театр» и рассказывает о многом: о любви детей к своей гимназии, о высокой оценке творчества детей директором, о стремлении учеников гимназии к высоким достижениям. 

Но пока это только мои предположения. Чтобы больше узнать о гимназии, расспрашиваю ее директора, Татьяну Сажину:

— Татьяна Валентиновна, почему гимназия кроме цифры имеет в названии слово «Театр»?

— Все началось в 80-х годах, когда режиссер самодеятельного театра при старом ДК «Уралмаш» Генрих Львович Риас организовал группу развития детей, которая постепенно превратилась в гуманитарный центр «Театр». Он увидел, что если заниматься театральными технологиями с детьми младшего возраста, в будущем они будут успешны в любой сфере. Театр — это возможность развить ребенка, дать ему бесценный опыт коммуникации. 

Генрих Львович ходил по школам и предлагал открыть такую группу на их базе. Его все очень любили, уважали, но никто не соглашался, пока он не поговорил с директором 80-ой школы, которая выделила ему класс учителя Елены Николаевны Тонаевой (сейчас она работает в нашей гимназии). Они начали внедрять театральные технологии на уроках, детям было очень интересно заниматься, и результаты не заставили себя ждать. Постепенно Генрих Львович убедил профком Уралмашзавода, что это важное и нужное дело, и ему отдали старый детский сад на улице Победы. Когда Генрих Львович ушел из жизни, его дело подхватили его ученики, жена. Вначале это были группы развития для малышей, но дети росли, для них создали детский сад, а затем и школу. Так постепенно проект развивался. Сейчас у нас 33 класса, 800 детей. Детский театр появился не сразу, в 1994 году. Первоначально были интересно построенные театрализованные занятия, праздники. 

Изображение 580.jpg

— А Вы сами имеете отношение к театральному искусству? 

— Мне всегда был интересен театр. Я окончила филфак УрГПУ в 1995 году. Пошла работать в гимназию «Арт-Этюд», как она сейчас называется. Когда меня пригласили работать в школу «Театр» на несколько часов, я согласилась с радостью. Мне была очень интересна эта методика. Здесь работали энтузиасты своего дела, гимназия была малокомплектной, это было дело, которое меня захватило. Через год я уже была заместителем директора, а через...??? стала директором. «Театр» — это моя заветная мечта, к которой я пришла.
Когда в 2009 году начался разговор о подушевом финансировании, мы пережили сложный период. Был выбор между нашим исчезновением или укрупнением. Я предложила директору 103-ей школы Алле Дмитриевне Брянцевой объединиться. Она приняла мое предложение, и в 2012 года мы здесь арендовали классы, а в 2015 году мы объединились, и получилось, что внутри гимназии перемешались классы «театральные» и обычные. Учреждение выросло с 300 до 800 человек, перемешались два учительских коллектива, пришли новые люди. Процесс объединения шел тяжело, традиции и методики были разные. Соединились «рабочая» уралмашевская школа и театральная, с нашим «размахом крыльев», стремлением сделать каждый урок уникальным и увидеть личность в каждом ребенке. Было тяжело. Но сегодня, я надеюсь, наш коллектив достиг сплочения. Конечно, мы уже не те, что были раньше, но все наши стремления убедить педагогов, что можно к детям относиться по-другому и работать по-другому, дали свой результат. Сегодня у нас есть музыкальный театр, драматический, хотим возобновить кукольный театр. 

IMG_0172.JPG

— Отражается ли это направление в повседневном учебном процессе?

— Театр — это не только дополнительное образование. Это некий дух школы. Человек либо откликается на все это, и тогда он с нами, или же ему все чуждо, и тогда ему будет тяжело работать у нас, и нашим детям будет некомфортно с ним. Надеюсь, нестабильное состояние позади, к нам пришли новые интересные люди. Мы обрастаем единомышленниками. Стараемся уходить от формальных мероприятий, которые ничего не дают. Поэтому когда к нам обратились с предложением поучаствовать в проекте «Педагогическая интернатура», мы с радостью согласились. Отказались от презентации школы для интернов и дали им возможность попробовать на себе разные образы. 

— И все же, расскажите, как существует «театр» внутри учебного процесса, вне репетиций и премьер?

— Не предполагается, что каждый урок будет спектаклем. Методика требует определенного типа взаимоотношений с учеником, называемого партнерскими отношениями. Задачу, которую ты ставишь на уроке, — не воспроизвести описательную картинку, а понять, почувствовать и встроиться в образ. Например, я ищу, чем созвучен образ Наташи Ростовой детям. На начало романа ей 13-14 лет. И мне надо так простроить урок, чтобы дети почувствовали ее образ, примерили к себе, могли включить его в свою жизнь, в сочинения, куда угодно. Поэтому урок строится исходя из того, чем дети сейчас заполнены. И я встраиваюсь в их ситуацию здесь и сейчас, в реальности, в живую. 

IMG-20181005-WA0038.jpg

В театральных технологиях в образовании главное — насколько хорошо учитель видит, слышит детей. Если я хочу воздействовать на воображение, на память или мышление, я использую разные рычаги: вопросы, задания, которые вводят учеников в атмосферу произведения. Так, у нас разработана программа «Живая математика», где математика идет на уровне ощущений, чувств. Например, измерение идет не линейками, а ладошками. Мы стараемся уходить от абстрактных категорий. В той же «Войне и мире» есть некие положительные или отрицательные персонажи, на них уже есть заготовленные шаблонные фразы-определения, какие они, и это преподносится ребенку как математическая формула. Но для ребенка это не является его знанием. Мы исходим из того, что ребенок может применить к себе. У нас есть интересные авторские программы, творческие мастерские, начинаем рисовать на математике, как если бы ребенок оказался в мире мини- или макси-. Мы стараемся наладить живую связь между предметами. Это самое продуктивное знание. Дети очень хорошо усваивают тему «Дроби», потому что на урок приходит учитель с тортиком и начинает делить его на кусочки. Никто не ошибается, если хочет получить кусочек торта.
Один из наших проектов — сотрудничество с французским лицеем Жерара Филиппа. Они к нам приезжают осенью, а мы к ним — весной. Детям стало понятно, зачем изучать французский язык. Они общаются, потом переписываются. 

theatre.jpg

— Думается, Вы знаток екатеринбургских театров, отслеживаете все премьеры.

— Я только мечтаю об этом. С некоторыми театрами дружим. Например, с ТЮЗом, нас приглашают на предпремьерные спектакли, и не просто как зрителей: мы участвуем в обсуждении увиденного с режиссером и труппой. В этом театре мы проводим посвящение в гимназисты. Всего этого могло бы быть больше, но в связи с загруженностью успеваешь не все, что хочется. 

— Расскажите о сердце Вашей школы — о театре. 

— В этом здании нет актового зала, поэтому мы объединили два кабинета, и сколотили небольшую сцену. У меня молодой режиссер, он любит ставить грандиозные зрелища, спектакли по типу мюзиклов. Традиционно готовим новогодний спектакль для родителей. Приглашаем детей из детских домов, поздравляем их с Новым годом. 

У нас пошло какое-то бродвейское направление, мы запели, затанцевали. Есть хореографическая студия. Художественные студии. Вот мои картины (Татьяна Валентиновна показала на картины маслом, где изображены ангелочки, с аппетитом уплетающие кусочки арбуза). Виктория Петровна Пискулина — это наш золотой фонд, так, как она учит рисовать, в том числе и взрослых, не учит больше никто. Я вижу, как люди раскрываются на ее занятиях. У нас начала рисовать учитель физкультуры Ольга Викторовна Мирошниченко, кстати, она изготавливает очень красивые тортики. Это ее хобби. Погружение в наши технологии важно не только для детей, но и для самих педагогов. Творчество очень мощно подзаряжает, и ты начинаешь по-другому жить, по-другому чувствовать. Учителям трудно сохранить себя в бесконечном потоке отчетов и бумаг, а здесь педагог не закрывается за бумажку, за доску, за презентацию, он открыт детям.

Зов джунглей.jpg

— Надоевшие всем презентации у вас не используются?

— Да почему? Это инструмент, как молоток, а уж как ты им воспользуешься, зависит от тебя. Молоток сам по себе не плох, если им гвозди забивать. Скрипкой Страдивари этого лучше не делать. Так и тут. Можно урок выстроить так, что презентация будет уместна. Но ты должен понимать, что ты работаешь с детьми не один урок, и даже не четверть, ты работаешь с людьми, которые очень быстро вырастут, и они должны войти в это общество, реализоваться, они что-то будут чувствовать, как-то относиться ко всему. Если ты им не дашь творческого варианта общения, понимания, проникновения, положительного опыта ощущения себя творцом, они не раскроются, и школу будут тихо ненавидеть.

— Главное — уважение?

— После объединения ко мне приходили родители и защищали учителей: «Да, она кричит на детей, но по делу, она справедливая». И буквально через год, окунувшись в другую педагогику, те же родители говорили: «Нельзя кричать на моего ребенка, это недопустимо». Наши дети не терпят, когда на них кричат, это даже невозможно себе представить. Одно из условий развития ребенка — создание культуроемкой образовательной среды. Любое мероприятие, которое у нас проходит, не может быть формальным. Я убеждена, что любой непродуманный, не выверенный организаторами момент может сработать самым катастрофическим образом. Дети видят не только само мероприятие, они видят людей, которые его организуют и в нем участвуют, которые проявляют себя как ответственные или безответственные, воспитанные или нет, и это важно. У нас есть мероприятие «Театральная табуретка». Конкурс инсценировок, где любой гимназист, класс, группа инсценируют стихотворения на выбранную тему. Мы специально сколотили громадную табуретку, все это проходило в стране Лилипутия, во время антракта в буфете давали чай из крошечных чашечек с малюсенькими бутербродиками. Каждое мероприятие — это отдельная история. 

Колыбельные мира.JPG

— Формализм вы отвергаете?

— Да, я не понимаю, зачем вообще нужны формальные мероприятия, для какой такой галочки. Или интересно, или никак. У нас есть педагог Михаил Александрович Рулев. Он преподает физику и ОБЖ. А также авторский курс «Личная безопасность», на котором они проходят базовые навыки безопасности, которые должен знать каждый ребенок. Они играют, проигрывают сложные ситуации. Аншлаг. Можно ОБЖ преподавать так, что зубы сведет. А можно устроить праздник. Не могу сказать, что у нас все учителя от Бога, но мы к этому стремимся.

— Может, это невозможно? «Учителя от Бога» должны уравновешиваться «Учителями от дьявола?»

— Я согласна с фразой нашего педагога Елены Николаевны Танаевой, что если в банке правильный рассол, все огурцы будут соленые. Одни учителя уходят, приходят новые, с некоторыми общаться — счастье. Некоторые — просто ответственные. Это тоже хорошо. 

— Я понимаю, что у Вас нет задачи подготовить актеров, но, может, за время существования школы выросли звезды кино и театра?

— Да, у нас никогда не было цели готовить актеров. Но у нас есть выпускница Мария Смольникова — она снималась в главной роли в фильме Федора Бондарчука «Сталинград». Сейчас она уже снялась во многих фильмах, играет в московском театре «Школа драматического искусства», лауреат премий «Золотая маска» и «Хрустальный Турандот». Очень талантливая наша девочка, мы с детского сада ее вели и понимали, что она должна быть в числе известных актеров. У нас выросло несколько режиссеров, которые работают в самодеятельных театрах, в детских в том числе, в Тюмени, в Москве и других городах. Две девочки учатся в театральных вузах. Но это небольшой процент. Дети видят театр изнутри и понимают, что это не только аплодисменты и букеты, это тяжелый труд. От нас выходят врачи, инженеры, юристы. Но все они интересные творческие люди, личности. 

Мария Смольникова 2.jpg

— Вы себя ощущаете директором-хозяйственником или режиссером театра?

— Я не покушаюсь на роль режиссера, у нас есть свой режиссер, но я не просто хозяйственник, мне нужно отслеживать, в какую сторону движется этот корабль. Если проводить параллель с театром, скорее, я художественный руководитель.

Татьяна Валентиновна ведет меня по гимназии, с гордостью показывая помещения и знакомя с учителями. На стенах — веселые вагончики из ватмана, из которых выглядывают лица выпускников. Подарок учеников тем, кто в этом году уходит из школы. Недавно завершился последний звонок. Заходим в класс, больше напоминающий помещение художественной школы. Оказывается, в гимназии объединили уроки труда и ИЗО и создали свою программу «Художественные мастерские». На стенах — выставка детских работ, посвященная Князю Владимиру. 

Муха цекотуха.jpg
В кабинете русского языка — царская гостиная: музей, рассказывающий о последнем русском царе, собранный самими детьми по их инициативе. Здесь же — веселый плакат о падежах: «Именительный — самый дружелюбный, Винительный — обвиняет всех, Родительный знает все».
Заходим в кабинет к Михаилу Рулеву. Не сразу сообразишь, что это кабинет физики. На стене — греческий и латинский алфавит, система химических элементов Менделеева, на окне бурно цветет незнакомое растение. Подхожу поближе — все горшки подписаны. Оказалось, цветет эпифиллум.
В 3 б классе идет классный час... о шоколаде. На двери кабинета музыки — красочная жар-птица, девочки из ансамбля «Вдохновение» под руководством учителя музыки Елены Костиной репетируют новую песню:
— Я так хочу найти дорогу туда, где не был ты еще никогда, ... волшебный город мечты моей.
И правда, школа напоминает город мечты, где атмосфера пропитана творчеством, уважением, радостью

Текст: Татьяна Мостон