Цвет:
Размер шрифта:
а
а
а
Интервал:
Изображения:
Вкл
Выкл
Все разделы

Школы бывают разные

Необычная обычная школа

Микрорайон Парковый в Екатеринбурге теперь считается престижным, но так было не всегда. Там до сих пор мало элитных домов и много типовой застройки 1960-70-х годов с проходными дворами, железными гаражами, нескошенной травой и буйно расцветающими по весне яблонями. В те годы здесь появилась и общеобразовательная школа № 62. С самого ее основания сюда принимали всех детей без отбора. Школа достигла расцвета в начале 1990-х, когда вошла со своей программой здоровьесбережения в ЮНИСЕФ. Потом, в «нулевые», пережила непростые времена. А теперь снова все меняется к лучшему. Родители «приписанных» к МАОУ СОШ № 62 первоклассников уже не ищут возможности уйти в другое место, хотя вокруг сильные конкуренты: гимназии № 40, 13 и 94, лицей № 110.

Текст: Ирина Шаманаева

Мы не ждали чуда, отправляясь на редакционное задание, но пообщались с директором и учителями, побывали на уроках, и, кажется, поняли, в чем секрет этой обыкновенной районной школы.


На фото: Жанна Валерьевна Арбанова, директор школы

– Если ты любишь свое дело, болеешь им и можешь объяснить людям, что это здорово, то находишь единомышленников, которые начинают это делать с удовольствием вместе с тобой, – говорит Жанна Валерьевна Арбанова, директор школы. Она выпускница СГПИ, по специальности учитель начальных классов. За 25 лет работы была и учителем, и заместителем директора, и даже заведующей детским садом «Филиппок». Ее трудами этот садик превратился в маленький детский рай. Но судьба соседней школы не давала покоя.

– Ходила я к себе в садик мимо нее и все думала: «Ну что ж ты у меня непричесанная такая?». Так мне было ее жалко! Такие стадионы, территория огромная, здание – сколько возможностей! Теперь воплощаем наше «планов громадье».

  • Читать дальше...

    «Поддержать их интерес»

    Начальное звено считалось здесь сильными даже в те годы, когда сама школа плохо котировалась. «Вывезли» его отличные учительские кадры. Ирина Игоревна Некрасова, учитель и завуч начальных классов, принимает нас в уютном, разукрашенном к Новому году классном кабинете. В этом году у нее второклассники. На стене – стенгазеты, названные по-морскому: «Фрегат», «Бригантина», «Корвет», «Каравелла» и «Бриг».

    – Все дети, 30 человек, разделены на маленькие группы, и каждая как будто экипаж корабля, – рассказывает Ирина Игоревна. – Делятся они по своему желанию, на следующий год могут группы сменить, перейти в другие. В группах они вместе с родителями выполняют творческие задания: делают стенгазеты, готовят номера к празднику, собирают макулатуру, читают книги.

    – 30 человек – это много…

    – Нормально, мы привыкли. Когда я начала работать, в классе было по 47 детей. Если дети и их родители работоспособны, есть отдача, то работать с ними очень интересно, они другие, совсем не такие, как были когда-то мы. Но я всегда говорю – в начальной школе детей надо научить учиться. Это наша первостепенная задача. И если мне удалось подключить родителей, то я, считай, полдела сделала.

    – С отзывчивыми родителями сразу везет, или приходится воспитывать?

    – На везение рассчитывать не надо. Я будоражу их без конца, пытаюсь заинтересовать, и в один момент это срабатывает. Это целенаправленная работа. И детей «выталкиваю» точно так же. Если я сейчас научу их быть инициативными, к 4 классу они уже работают и организуют себя сами. Даже мои второклассники уже рвутся сами организовывать праздники, и у них получается!

    – Детям сейчас трудно учиться?

    – Они все разные. Одному хватит урока, чтобы запомнить, а другому надо 5, и нельзя подгонять второго, чтобы он все усвоил за урок. Есть же и другие методы. Я много работаю на опережение, например. Во втором классе таблицы умножения по программе еще нет, а мы потихоньку с ней знакомимся. Потом будет легче. Главное, ничего не форсировать и не терять терпения. Надо ребенку 20, 50 раз повторить – повторю 20, 50 раз. У нас здесь не забег на короткую дистанцию.

    Или возьмем технику чтения. Я не требую от всех единой нормы. У каждого ребенка она своя. Один говорит быстро, а другой – медленно, и никогда первого не догонит.  Его прогресс можно измерять только в сравнении с его же собственными результатами. В первом классе уже к концу первого месяца я проверяю технику чтения и отмечаю в читательских дневниках детей. Ребенок может в это время быть способен прочитать всего три слова. Но, работая, он будет из раза в раз увеличивать свою норму. Я добиваюсь, чтобы за месяц ребенок увеличивал свой результат минимум на 5 слов. Свой результат, а не «норму вообще». И часто бывает, что «отстающие» нагоняют класс. А «передовики», у которых с техникой все отлично, параллельно начинают отрабатывать выразительность. Техника, беглость сама по себе – не цель. Что толку, если ребенок тараторит без знаков препинания и не вдумывается в смысл написанного? 


    На фото: Ирина Игоревна Некрасова и ее второклассники

    Молодой педагог Яна Анатольевна Путилова в школе работает уже седьмой год. Пришла сразу после колледжа, потом окончила РГППУ, по специальности педагог-психолог.

    – К нам приходят дети любого контингента, и мы со всеми работаем: и с одаренными, и с ОВЗ, и с имеющими языковой барьер.

    – С иноязычными детьми много трудностей?

    – Свои особенности есть, но только в изучении русского. Все остальные предметы они осваивают так же, как все дети.

    – А с одаренными детьми ведется какая-то работа?

    – У нас со всеми ведется особая работа! Я большое внимание уделяю проектной деятельности. А там важно, чтобы каждый ребенок принимал участие, в проекте, «особый» он или иноязычный, «обычный» или одаренный. Если ориентироваться только на одаренных, то это будут 3–5 детей, а остальные забросят процесс развития. Мне кажется, каждый должен стремиться принять участие в общем проекте в меру своих возможностей, а задача учителя – создавать условия, в которых дети захотят и смогут раскрыться. Если мы будем спрашивать его на уроке, вовлекать во внеурочную деятельность, какой бы трудной она ни была, то прогресс пусть маленькими шагами, но пойдет.

    – Расскажите, пожалуйста, о каком-нибудь из проектов.

    – Только что защитили проект «Аллея памяти». Мы создали с детьми живой памятник: высадили в ЦПКиО возле памятника погибшим мотоциклистам молодые дубки и ухаживали за ними в течение всего года. Принимали участие все дети, помогали их родители.

    – А как вы сглаживаете неравные стартовые возможности детей?

    – Я требую от всех выложиться по максимуму, но по их собственному максимуму. Кому-то от природы многое дается легко – значит, перед такими нужно ставить более сложные задачи. У кого-то не получается. Их нужно хвалить за любое, самое маленькое улучшение и обязательно учить их гордиться собой, своими успехами. Дети в этом возрасте очень хотят что-то делать. Они, бывает, подходят после урока, если видят, что их работа не на уровне по сравнению с другими, просят разрешения переделать, предлагают темы, которые им будут по силам. Я думаю, что во всех этих случаях надо стараться идти им навстречу, беречь и укреплять их мотивацию. 


    На фото: Яна Анатольевна Путилова ведет урок математики

    Трудности среднего звена

    На просьбу посетить какой-нибудь урок заместитель директора Валерия Олеговна Возмилкина порекомендовала нам биологию в девятом классе у Екатерины Нефедовны Мальцевой, учителя с 40-летним стажем, выпускницы ГБФ СГПИ.

    Екатерина Нефедовна невероятно активный человек. За весь урок, включая время проверочной работы, ни разу не присела. Быстро перемещается по рядам, мгновенно реагирует на любой сигнал, объясняет, задает вопросы, заставляет вспомнить пройденное, помогает тем, кто недопонял, и все это практически в режиме игры в пинг-понг.

    – Нужно работать очень быстро, – объясняет она после урока. – У нас очень мало часов. У девятиклассников, например, всего час биологии в неделю.

    А тема урока – «Строение ДНК». Как?! – недоумеваю я. – Как ребята за такое время могут освоить и понять сложнейший материал?

    – Есть трудности, – подтверждает Екатерина Нефедовна. – Уже давно биология воспринимается как предмет для интересующихся, а не для всех. Те, кто не интересуются, учат ее по остаточному принципу. Единственное, что сейчас стимулирует старшеклассников – выбор экзамена. Но в этом классе ОГЭ по биологии сдают всего 4 человека. У остальных отношение такое, что работать тяжело.

    – Но и в этих условиях есть дети, которые любят, понимают биологию и даже хотят связать с ней будущее?

    – Да, каждый год находятся те, кто хочет в медицинский, в УрФУ на биофак, в УрГПУ на ГБФ. Есть и дети-звездочки, которые отлично учатся по всем предметам. На них надежда, и еще на тех, кто любит биологию в силу каких-то личных причин. У кого-то родители врачи, кто-то интересуется природой. Так и выживаем.

    Под руководством Е.Н. Мальцевой школа ведет экологическую работу. Участвуют и дети, и другие учителя. На территории заложили Сенсорный сад. Растения в нем подобраны по принципу воздействия на органы чувств: с шершавыми и гладкими листьями, разным запахом, цветом. Есть планы сделать экологическую тропу по территории школы, сенсорную дорожку из природных материалов. Может быть, на теоретических олимпиадах по биологии для старшеклассников школе выступать пока рано, но с живой, деятельной любовью к природе здесь все в порядке. 


    На фото: Екатерина Нефедовна Мальцева ведет урок биологии в 9 классе

    Фрагмент Сенсорного сада

    Ирина Владимировна Глебова – учитель русского языка и литературы. Работает в школе 35-й год. «Всю свою сознательную жизнь я провела здесь», – говорит она.

    – Ирина Владимировна, как сейчас относятся дети, особенно среднее звено и старшеклассники, к русскому и литературе?

    – К русскому языку относятся как к данности, потому что он нужен. А то, что он пригодится в будущем, мне кажется, плоховато осознают. Когда говоришь им, что человек завтрашнего дня – это человек грамотный, они возражают: «Есть же компьютер!» Он им все ошибки найдет и поправит… Таких, кто осознанно занимается русским языком, маловато. К подготовке к экзамену подходят серьезно, а чуть дальше в жизнь посмотреть – не очень получается. Что касается литературы и чтения… Бывают интересными некоторые произведения из школьной программы. Чаще всего читают, потому что «надо». Чтобы они читали, нужно придумывать интересные задания, проводить неординарные, не по методике построенные уроки, заинтересовывать. На все, что необычно, выбивается из рутины, дети реагируют хорошо.

    – А что они читают для себя, а не по программе?

    – Девушки – исключительно о любви. Возраст такой. В этих книгах они ищут ответы на самые личные вопросы, которые не задашь ни родителям, ни учителям. С юношами труднее, они более закрытые. Может быть, они и читают, но о себе как о любителях чтения не говорят. Я предполагаю, что их больше интересует документальная, научно-популярная литература, чем художественная.

    На уроке сидят тихие, вежливые, воспитанные, смотрят на меня честными глазами, – продолжает Ирина Владимировна. – Отвечают на вопросы. Но то, что в книгах раскрываются новые миры – этого они не понимают. Им не хочется задержаться в этом мире и узнать его получше. В том, где они живут, им интереснее, и их можно понять. Осовременить бы школьную программу… но это не в моей власти. Нельзя ведь сказать, что им вообще неинтересны книги, современными хорошими авторами их можно увлечь. Семиклассники у меня с удовольствием прочитали книгу Жвалевского и Пастернак «Время всегда хорошее». Просто нужно понимать, что дети сейчас другие. Не лучше и не хуже, чем были мы.  


    На фото: Ирина Владимировна Глебова и урок литературы

    Служба сопровождения

    В школе работают два психолога и логопед. Инна Ивановна Томиловская занимается с ребятами с 5 класса. «Моя главная задача – адаптировать детей в коллективе, поэтому одно из направлений, которое хорошо работает и мне нравится – групповые занятия, по сути, игровые тренинги, – рассказывает она. – Мы занимаемся групповым взаимодействием, коммуникациями, умением справляться с негативными эмоциями, проявлять чувства».

    – Какой результат это дает? Можно ли сказать, что классы в школе дружные и конфликтов мало?

    – Да, это так. У нас дети добрые. Даже если у ребенка проблемы с поведением, среди мотивов поступков нет подлости, желания кого-то унизить. Просто эмоционально-волевая сфера не сформирована, и они могут вспылить. Я работаю с такими детьми индивидуально, и учителя говорят, что помогает.

    – Есть ли у вас школьная служба примирения?

    – По сути есть, просто мы ее так не называем. Конфликтующие стороны приходят к Маргарите Федоровне Петропавловской (заместителю директора по воспитательной работе), а она, смотря по ситуации, может направить их ко мне. Тогда я выступаю в конфликте как нейтральная сторона, как медиатор.

    – Родители охотно идут с вами на контакт?

    – По-разному. Кто-то сразу откликается, с готовностью принимает помощь специалиста, а кто-то отказывается, ссылаясь на занятость. Есть и такие, кто считает, что с ребенком все в порядке, а мы придумываем проблемы. Но результаты говорят за себя – там, где родители все понимают и включаются в процесс, коррекция идет легче. От семьи зависит практически все, мы только помогаем.

    Пока мы беседуем, логопед Татьяна Аркадьевна Малышева – выпускница ИСО УрГПУ – работает. Она успевает принять один из начальных классов и занять ребят развивающими играми.

    – У нас 47 детей с тяжелыми нарушениями речи, не так уж мало на 860 человек. После уроков у нас коррекционные занятия. В основном групповые. Индивидуально занимаюсь только с самыми тяжелыми детьми.

    Кабинет психологической помощи детям очень нравится. Помогает сама смена обстановки: им приятно, что можно сесть на диваны, на пол, поиграть, посмотреть видеоролики, побегать по оздоровительным коврикам. Есть и песочная терапия, которую особенно любят малыши.

    Летом школьные психологи работали в детском оздоровительном лагере. Помогали детям с расстройством аутистического спектра. Было нелегко, но они справились. Работу в этом направлении школа углубляет. В декабре педагоги приняли участие в телемосте с американскими специалистами по терапии РАС. Организовали на своей площадке педагогическое совещание по проблемам инклюзии. Постепенно МАОУ СОШ № 62 становится ресурсным центром для всего района, и работа школьных психологов и логопеда вносит в методическую копилку весомый вклад.  


    На фото: Психолог Инна Ивановна Томиловская, логопед Татьяна Аркадьевна Малышева и корреспондент УрГПУ


    На фото: Т.А. Малышева


    На фото: Школьники на коррекционном занятии

    Директор

    Если попытаться определить эту школу одним словом, я бы сказала, что она – настоящая. Здесь не делают ничего напоказ, не заметают проблемы под ковер, а просто решают их день за днем и идут вперед, фонтанируя все новыми и новыми идеями. Конечно, флагман школьных преобразований – это директор. Разговариваешь с ней и понимаешь: это – хозяйка, менеджер, вдохновитель и «зажигалка» всего коллектива. Самое большое горе для школы, по мнению Жанны Валерьевны – учитель-пофигист, тот, кому главное оттарабанить свой предмет за академический час, и все остальное его не волнует. Такие здесь не задерживаются. Неравнодушие, компетентность и увлеченность – те качества, которые в своих коллегах директор школы ценит выше всего.

    МАОУ СОШ № 62 принципиально остается школой для всех. Свое предназначение педагоги видят именно в том, чтобы брать всех детей и учить их хорошо. «Престижных школ в городе и без нас достаточно», – считает директор.

    – Нужно понять, – говорит Жанна Валерьевна, – образованной элиты в обществе всего процентов 20.  Остальные 80% – это обычные дети. Те, кто будет завтра сидеть в поликлиниках, служить в полиции, занимать те должности среднего звена, с которыми мы контактируем постоянно. Как мы их воспитаем, так и будем жить. Надо поднимать детей из обычных семей, помогать и двигать тех, кто не может себе позволить заплатить за учебу в элитной гимназии. Я всегда – за отношение к человеку. Нужно быть здесь очень последовательным. Воспитать человека, гражданина – это важнее, чем воспитать золотого медалиста, хотя и у нас их четверо и мы ими очень гордимся.

    Школа располагает гостей с порога – уютом, чистотой, улыбками, бодрой, рабочей атмосферой. Дети держатся свободно и раскованно, явно чувствуют себя здесь как дома.

    – Наши гости удивляются: «Почему тут все здороваются и улыбаются?», – продолжает Жанна Валерьевна. – Я говорю: «Потому что мы все рады друг другу». Они не боятся директора. Вот сейчас дверь откроется, сюда ввалится какая-нибудь толпа и скажет мне: «Разберитесь, пожалуйста!» И начнем мы с ними разбираться. Я считаю, что директор и не должен быть каким-то крокодилом, который, не зная детей, не зная ситуации, сидит в кабинете и выносит свои вердикты. Мы со взрослыми ребятами разговариваем очень серьезно. Я не ругаю, например, тех, кто прогуливает. Просто садимся в кружок и начинаем беседовать. Понимаете, говорю, жизнь у каждого своя, и каждый проживает ее сам. Какие у тебя родители, какие люди тебя сопровождают, все равно проживаешь сам. И твое право – взять от людей хорошее или плохое. Я могу с тобой хоть за руку весь день ходить, но если ты сам не захочешь взять от меня знания и умения – все бесполезно. Что выбрал, так и живешь. Я могу тебе только подать руку и помочь, ну а ты – бери или отталкивай». И на очень многих детей это действует.


    На фото: Ж.В. Арбанова на педагогическом форуме в Ялте

    Об этой школе можно еще рассказывать и рассказывать. Например, о том, что здесь 15 направлений дополнительных услуг, и половина – на бесплатной основе! О том, что здесь титаническими усилиями держат бесплатную продленку для первоклассников и очень хотят, чтобы она была у всего начального звена. О том, что у директора есть планы создать единый образовательный комплекс из школы и садика, открыть на своей базе что-то вроде учебно-производственного комбината, памятного людям постарше, и давать всем желающим простые профессии. Планов много. Но главное, нет сомнений – люди, которые почувствовали настоящее дело, их воплотят.

Фото: Александра Карпушева
Фотографии Ж.В. Арбановой и «Фрагмент сенсорного сада»
предоставлены МАОУ СОШ № 62