Цвет:
Размер шрифта:
а
а
а
Интервал:
Изображения:
Вкл
Выкл
Все разделы

Посмотреть в глаза друг другу

Восстановительная медиация как инструмент разрешения педагогических конфликтов

Начало нового учебного года было отмечено конфликтом между учеником и молодым педагогом в одной из екатеринбургских школ. Резонанс оказался очень громким. Прошли общественные обсуждения на разных уровнях, в качестве экспертов неоднократно выступили педагоги и психологи УрГПУ. Рамки обсуждений, разумеется, не ограничились только этой историей, хотя и она оказалась сложнее, чем виделась на первый взгляд. Участники говорили о том, из-за чего вообще происходят конфликты в школах, как определить в них чью-либо правоту или вину, а главное – как их правильно «разруливать».

Интереснейшую информацию для размышления дает работа школьных служб примирения (ШСП) – служб восстановительной медиации. Медиаторы не оперируют понятиями возмездия и наказания, они «копают» в совершенно иной сфере. О том, что такое восстановительная медиация и почему этот способ разрешения конфликтов лучше, чем многие другие, мы побеседовали с директором института психологии Людмилой Максимовой, доцентом кафедры социальной психологии, конфликтологии и управления Равилем Валиевым, директором информационно-методического центра Светланой Воробьевой и  ассистентом кафедры Валентиной Каримовой.


– Школьные службы примирения как правовое явление появились не сегодня. Почему же они стали так актуальны именно сейчас?

Л.А. Максимова. Актуальность, прежде всего,  вызвана увеличением количества педагогических конфликтов в последние годы. Это зачастую очень острые конфликты, с тяжелыми исходами. Традиционные способы их разрешения работают плохо. В правовом отношении все началось с Закона об образовании,  где регламентировано внедрение служб примирения в образовательные организации. Затем вышли еще два важных документа:  Национальная стратегия действий в интересах детей на 2012-17 гг. и Методические рекомендации по организации служб школьной медиации, рекомендованные к внедрению с 2013 г. На основании этих нормативных актов в школах в течение последних лет 10 и начался процесс внедрения в педагогическую деятельность  данной технологии разрешения конфликтов.

С.Д.Воробьева. Задача школьных служб примирения – повышение конфликтологической культуры в школах. Школьных конфликтов должно стать меньше, а главное, они будут управляемыми. Благодаря деятельности служб примирения школьная среда станет конфликтологически грамотнее:  и ученики, и их родители, и администрация, и педагоги. Служба – это не просто один конфликтолог, а люди, которые присутствуют на процедуре со всех этих сторон. Получается довольно разветвленная структура, которая развивает и формирует конфликтологическую культуру. Очень важно, чтобы в этой структуре присутствовали школьники – они распространят эту культуру в своей среде, через свои каналы.

–  В чем смысл восстановительной медиации?

Р.А. Валиев. Восстановительная медиация - это процесс, в котором медиатор создает условия для восстановления способности людей понимать друг друга  и договариваться о приемлемых для них вариантах разрешениях проблем ( при необходимости-о заглаживании причиненного вреда), возникших в результате конфликтных или криминальных ситуаций.  В ходе восстановительной медиации важно, чтобы стороны имели возможность освободиться от негативных состояний и обрести ресурс для совместного поиска выхода из ситуации. Главные участники медиации-сами стороны, а посредник(медиатор) организует конструктивный и безопасный диалог между ними.

В.Каримова. Понятие «восстановительная» указывает на важность восстановления человеческих отношений, на то, что разрешение конфликта должно фокусироваться на восстановлении пострадавшего и обидчика, на их исцелении от боли и страданий, а также на заглаживании обидчиком нанесенного пострадавшему вреда.

Важно понимать, что это не просто взаимоуступки друг другу, а нахождение такого решения, которое устраивало бы обе стороны. В этом вся сложность работы медиатора. Нужно найти такое решение, когда та и другая сторона будут максимально полно удовлетворены им и захотят его претворить в жизнь. Потому что если они не будут удовлетворены, соглашение, подписанное ими, будет фиктивно, они саботируют это решение.

– Откуда берутся медиаторы? Приглашаются со стороны или «выращиваются» в школьном коллективе?

Л.М. Специалист-медиатор должен пройти обязательное обучение, владеть определенными компетенциями, ему необходимы знания по психологии,  конфликтологии, юриспруденции.  Сотрудники  кафедры социальной психологии, конфликтологии и управления принимали участие в ряде проектов. Один из них начался  с обращения к нам родителей пострадавших в конфликте школьников.  Школьная администрация поддержала идею медиации. Был заключен договор со школой, с родителями, установлены правила взаимодействия между сторонами. Затем мы провели процедуру восстановления отношений конфликтующих сторон. Результат работы был воспринят  администрацией учебного заведения положительно.

Р.В. В этой школе ШСП пока еще не действует, но свой специалист у них готов, прошел обучение. Если школа пойдет по этому пути, мы готовы подключиться на любом этапе, заниматься научно-методическим сопровождением службы примирения.    

– Давайте рассмотрим этапы, из которых обычно состоит медиация.

Р.В. Восстановительная медиация включает 3 основных этапа. Первый – предварительный, на котором выясняется, насколько случай медиативен, и происходит первое знакомство со сторонами и налаживание первичного контакта. Второй – это индивидуальные  встречи со сторонами, где обсуждается возможность участия в медиации, формат, правила, условия и темы встречи.  Мы в первую очередь встречаемся со стороной, которая нанесла ущерб, а потом с пострадавшей стороной. На встречах прорабатывались смысловые аспекты того, что случилось. А третий этап наступает, когда становится возможна встреча двух сторон. Когда медиация завершается, медиатор спрашивает, у сторон, удовлетворены ли они, что они чувствуют. Стороны расходятся. Есть еще четвертый этап, это аналитическая беседа, которая проходит через какое-то время. Обычно это 3 недели – месяц,  но зависит от конкретной ситуации. Медиатор спрашивает, выполняют ли стороны соглашение, и если нет, то с чем это связано и нет ли необходимости собраться снова.

– Медиатор какое-то время сопровождает уже «промедиированные» стороны?

Р.В. Безусловно. Это требование закона.

– Все ли конфликты могут быть разрешены с помощью медиации? Возьмем для примера школьную травлю.  Есть явная жертва, есть явно виновные люди, нанесшие ей тяжелый ущерб. Можно ли посредством восстановительной медиации их примирить?

Р.В. Восстановительная медиация применяется  в работе как  с жертвами правонарушений, так и с виновниками. Эти дети нередко подвергаются травле со стороны сверстников после случившегося события. Правонарушитель может быть наказан, помещен в закрытую спецшколу или детскую колонию, но ученик, ставший жертвой насилия, остается в школе, в этой же среде. Задача восстановительных процедур – и чтобы правонарушитель не оказался в детской колонии или в спецшколе, и в то же время чтобы жертва восстановила статус-кво. Это возможно.

Л.М. Не рекомендуется после случившегося забирать ребенка из этой школы и переводить в другую, т.к. в другой школе высока вероятность повторения такой же ситуации. Нужно завершить конфликт именно здесь и сделать так, чтобы обе стороны смогли восстановиться в своем статусе и в своих правах.

Р.В. Восстановительное правосудие не только дружественно по отношению к жертве, но и к правонарушителю. Его цель – преодолеть стигматизацию. Одна из отрицательных сторон рассмотрения подростковых дел в суде – подросток выбирает впоследствии негативную идентичность. Его определяют как малолетнего преступника, и он соглашается, берет на себя эту роль. А это недальновидно, негуманно и просто опасно. И тут восстановительная медиация приходит на помощь. Но также она осуществляет весь комплекс процедур в отношении жертвы. Жертва и правонарушитель – это как две стороны медали. Если просто ходить к психологу, проходить программы реабилитации, для жертвы эта проблема остается не до конца проработанной. Потому что есть еще контекст. Если говорить о травле – то это школьная ситуация, отношения между подростковыми группами, позиции учителей. Восстановительная медиация как раз позволяет вскрыть контекст. Чем больше людей входит в процедуру восстановления, тем восстановительные процедуры более эффективны. Ведь войти в них могут, например, и дети, которые занимаются травлей, и сам правонарушитель, и те, кто рядом сидят и как-то влияют на него.

– Иными словами, здесь не суд, и задача не в том, чтобы найти виновную сторону, определить степень ее вины, назначить наказание...

Р.В. Задача – вернуть детей в общество, в детский коллектив. С точки зрения медиации, главное – это восстановление утраченного чувства стыда у правонарушителя. Правонарушение в основном как раз и возникает потому, что у людей потеряно это важнейшее социальное чувство. В процессе медиации оно восстанавливается.  

Вот на что еще обращу внимание. Когда государство берет на себя функцию разрешать конфликты между людьми, у людей в этот момент возникает отчуждение от их способности договариваться с другими людьми. Медиация возвращает людям способность вести переговоры друг с другом, а не решать конфликты с помощью грубой силы либо с помощью суда. Суд – это все-таки формальная процедура, там всегда есть правые и виноватые.

– Но суд отстаивает интересы потерпевшей стороны. Чувства правонарушителя суд не интересуют, его задача наказать виновного и компенсировать ущерб. А в процессе медиации, получается, нанесший ущерб находится в более выгодном положении. С ним нянчатся, его стараются «понять и простить». А что может утешить пострадавшего, особенно если это избитый, морально или физически униженный ребенок?

Р.В. Одна из базовых проблем связана с тем, что потерпевшие с большой неохотой идут на восстановительные процедуры, так как их установка (особенно родительская, если мы о детях) – жажда справедливости, мести, наказания. Сами дети, кстати, более «мягкие» в этом вопросе. Родители зачастую собственными интересами подменяют интересы ребенка. Это они переживают, это они хотят, чтобы другая сторона понесла максимальный ущерб. А что важно для самого ребенка? Для него важно возвращение в социум. Важно, чтобы ему сказали: дело не в тебе. Один из базовых вопросов жертвы: «Почему я?». И ответ на этот вопрос находится в процессе восстановительной медиации.

– Но если действительно с ним «что-то не так»? Что-то в нем провоцирует желание его зацепить, высмеять, применить к нему физическую силу?

Р.В. Да,  объектом нападения часто являются дети и подростки,  демонстрирующие виктимное поведение (поведение «жертвы»).   Но ситуация взаимодействия помогает человеку преодолеть это состояние. Если мы говорим о жертве, то у нее есть какая-то «выемка», безусловно. Она и «цепляет» правонарушителя. Процесс восстановления состоит в том, что человек понимает – из-за чего это происходит, почему его так воспринимают.

-А что же должно произойти с обидчиком?

Р.В. Правонарушитель откровенно рассказывает, почему это так случилось. Он, рассказывая о себе, дает возможность пострадавшей стороне понять себя. И принять эту ситуацию. Есть 4 фазы, которые должна пережить сторона-правонарушитель. Это отрицание, угрызения совести, принятие своей вины, раскаяние. В ходе судебного разбирательства чаще всего бывает, что правонарушитель застревает на первой стадии и упирается до последнего, даже когда вина доказана. В ходе медиации он постепенно погружается в собственные переживания того, что произошло, и переходит на следующие стадии.

И еще один момент. Важна встреча жертвы с правонарушителем. Правонарушитель ведь отчуждается от жертвы, старается вообще о ней не думать, даже если признает вину. Но когда он встречается с тем, кому причинил зло, лицом к лицу – возникают чувства, переживания. И движение от отрицания через признание к раскаянию идет легче.

– Честно скажу, я была настроена скептически, но наша беседа меня переубедила. Интересен практический вопрос – где готовят специалистов для школьных служб. Занимаются ли этим в Институте психологии?

Л.М. Уже более 10 лет в институте психологии  готовят конфликтологов-бакалавров, и  в процессе обучения предусмотрен курс, в котором рассматривается технология медиации.  Со следующего года у нас открывается магистерская программа «Медиация в образовании», куда приглашаются педагоги, психологи и все заинтересованные лица. В процессе обучения будут рассматриваться социально-психологические и теоретические аспекты школьной медиации. В настоящий момент идет набор на программу повышения квалификации «Практическая конфликтология и социальная психология» с большим модулем, посвященным медиации.

СПРАВКА.  В 2011 году в России было всего 615 школьных служб примирения (и ни одной – в нашем регионе). Сегодня это направление работы активно развивается, на него выделяются бюджетные деньги, создание ШСП курирует аппарат Уполномоченного по правам человека в Свердловской области. На 1 сентября 2016 г. В Свердловской области уже в полной мере функционируют школьные службы медиации на базе 127 учебных заведений, вовлечены в деятельность которых более 500 человек – участников образовательного процесса.

Охвачена большая территория Свердловской области: Екатеринбург, Ирбит, Верхняя Пышма, Березовский, Невьянск, Первоуральск, Богданович, Карпинск, Полевской.